ABC

Михаил Коллонтай - Баллада 5. Вурдалак
текст песни

31

0 человек. считает текст песни верным

0 человек считают текст песни неверным

Михаил Коллонтай - Баллада 5. Вурдалак - оригинальный текст песни, перевод, видео

Тут я сильно колебался в названии. По английски-то всё равно Vampire, а вот по-русски? Всё же “вампир” по-русски звучит, мне показалось, более по-бытовому. К тому же возникает аллюзия со стихотворением Пушкина. Ну ладно, пусть будет “Вурдалак”. Тем более, что это ещё более заостряет сюжет Мериме.

“Маша и медведь”. У медведя почему там липовая-то нога? Поди вот пойми. Скирлы — это она так скрипит. Но почему у него протез? Он что, медведь или не совсем? А он неторопливо идёт, и нога ритмично повторяет: скирлы… скирлы... скирлы... скирлы… Но звук у ноги такой, как будто эта пушкинская собака на могиле гложет кость, правда? А может, это медведь Машину косточку гложет, а? Скирлы… скирлы... Странный сюжет выбрал Мериме, правда? Не исключено, что с этим же звуком этот Локис и супружеские свои обязанности исполняет, со своей Машей, то бишь Юлькой, и она же пани Ивиньская. Может, у него не вместо ноги, а вместо чего-то другого этот липовый протез? Потому что скрипит что-то уж слишком громко. И быстро.

Ясно, что речь идёт о самом первом мотиве баллады. Я его ни разу не транспонирую! То есть этот протез — как бы основа мироздания, а и медведь, и Маша — только декорация этой нечеловеческой силы.

Кое-какую “декорацию” я всё же прописал — это польско-общеславянская песенность и танцевальность. Поэтому там всё время то ли вальсы, то ли что-то в этом роде, а есть и просто мазурка, в качестве “вставного эпизода” (стр. 54-55).

Но в целом — насколько разорваны “Призраки”, настолько собраны в единое музыкальное пространство и “Вурдалак”, и следующие баллады.

Другая часть — это походочка этого графа, то бишь Мишки-медведя. Уже на стр. 50, в 3-й системе это можно видеть. А потом — огромный эпизод, начинающийся от Tempo iniziale на стр. 57. Даже глухо-мощный его рык, голос тубы (как в “Петрушке”, да?), и то мной написан (стр. 58, сист. 4 и дальше). Можно, если угодно, так наивно-программно тут интерпретировать, что начиная со стр. 55, начиная с Modo I, происходит сцена зачатия графа медведем и графиней, там ведь контрапунктическое соединение “скирлы” и медвежьего лейтмотива, который всё учащается, доходит до пароксизма, а потом медведь до-о-олго и медленно уходит, продолжая восторженно порыкивать тубой. Уж не помню, так ли я мыслил, когда сочинял, но выходит что-то похожее.

Самое интересное, что эту и следующую пьесу я писал, дежуря в монастыре…
Ну, дальше уж сами расшифровывайте, как отчаянная пани Ивиньская не понимает, кто такой граф Михаил и ведёт себя с ним вызывающе (стр. 59, со 2-й системы и дальше). Вздохи графа Михаила (он думает, что любовные — на стр. 60, сист. 4); то, как интонации графа приобретают всё более возбуждённо-медвежьи черты (стр. 63, сист. 3); и всё это на контрапунктирующем то ли вальсе, то ли чём. Я не могу дальше конкретизировать, тут уж скорее симфоническое, общее развитие: ну что такое эти жуткие унисоны в Presto на стр. 67? Как мне это объяснить?

К этому прибавляется ещё и сознательная игра со стилем Шопена, это уже и в мазурке было, мне кажется, вполне очевидно, а уж музыка на стр. 69 — это почти плагиат, хотя бы фактурный.

Я, и сам боюсь этого хруста ломаемых костей на стыке стр. 70 и 71…

Не знаю, как достаточно наполнить звуком самый конец баллады. Но, конечно, я мог закончить только так, это, наверное, понятно.
Then I hesitated greatly in the name. In English, it is still vampire, but in Russian? Nevertheless, the “vampire” in Russian sounds, it seemed to me, more in their way. In addition, an allusion occurs with Pushkin’s poem. Well, let there be a “ghoul”. Moreover, this even more focuses the plot of Merim.

"Masha and the Bear". Why does the bear have a fake leg? Come on, understand. Skirla - she creaks so. But why does he have a prosthesis? Is he a bear or not really? And he is leisurely, and the leg rhythmically repeats: Skirly ... Skirly ... Skirly ... Skirly ... But the sound at the leg is like this Pushkin dog on the grave grunts bone, right? Or maybe this bear is grunting a bone, huh? Skirly ... Skirly ... The strange plot chose Merim, right? It is possible that with the same sound this lokis and marital duties performs, with his Masha, that is, Yulka, and she is Pani Ivinskaya. Maybe he doesn’t have this linden prosthesis instead of his leg, but instead of something else? Because it creaks something too loud. And fast.

It is clear that we are talking about the very first motive of the ballad. I will never transport it! That is, this prosthesis is, as it were, the basis of the universe, and both the bear and Masha are only the decoration of this inhuman force.

I nevertheless prescribed some “decoration”-this is Polish-Ground-Slavic Sawn and dance. Therefore, there are all the time either the waltzes or something like that, and there is just a mast, as an “insert episode” (p. 54-55).

But in general - how torn the “ghosts” are torn, so collected in a single musical space and “ghouls”, and the following ballads.

Another part is the mileage of this count, that is, the bear-medda. Already on page 50, in the 3rd system you can see this. And then-a huge episode starting from Tempo Iniziale on page 57. Even his deaf-powerful roar, the voice of a tube (as in Parsley, yes?), And then I was written (p. 58, system 4 and further) . It is possible, if you like, so naive-programmic here to interpret that starting with page 55, starting with Modo I, there is a scene of the Count of a Bear and Countess, because there is a contrapunctic compound “Skirla” and a bear leitmotiv, who quickens everything, reaches paroxysm , and then the bear before-o-olgo and slowly leaves, continuing to enthusiastically aspire a tub. I don’t remember if I thought so when I composed, but something similar comes out.

The most interesting thing is that I wrote this and next play, on duty in the monastery ...
Well, then decipher yourself, as a desperate pan, Ivinskaya does not understand who Count Michael is defiantly with him (p. 59, from the 2nd system and further). Sighs of Count Michael (he thinks that love - on page 60, system 4); how the intonations of the count acquire more and more excited and bear features (p. 63, system 3); And all this is on a counterpoint either Waltz, or what. I can’t further specify, there is rather symphonic, general development: well, what are these terrible unisins in Presto on page 67? How can I explain this?

A conscious game with Chopin’s style is also added to this, it was already in Mazurka, it seems to me quite obvious, and music on page 69 is almost plagiarism, at least textured.

I, and I myself am afraid of this crunch of broken bones at the junction of pages 70 and 71 ...

I don’t know how enough to fill with sound the very end of the ballad. But, of course, I could finish only that way, this is probably understandable.

Другие песни исполнителя:

Все тексты Михаил Коллонтай

Верный ли текст песни?  Да | Нет