Овсянкин feat. Трагедия всей жизни, ОВЩ, Слава КПСС - Откат в 90-е
текст песни
2
0 человек. считает текст песни верным
0 человек считают текст песни неверным
Овсянкин feat. Трагедия всей жизни, ОВЩ, Слава КПСС - Откат в 90-е - оригинальный текст песни, перевод, видео
- Текст
- Перевод
И опять тебя обносят по наводке сватов.
В гараже закусываем "Кристалловскую" водку навагой.
Нам - долю с навара, вам - горя навалом.
Мать узнавала, не стопорили караваны.
Снова возвращаются детишки коробами.
Прощальный марш настукивали в барабаны.
Звёзды на плечы, в жевачке Malabar.
Стал солидным, костюмчик стал маловат.
А пока, рыба гниёт с головы -
Можно наесться хвостами;
Пока на счётчик не поставят,
Или не приляжешь на выложь -
Но признаки смерти не выражены,
Хоть ты весь выпотрошен.
И сняты даже поношенные чесноки -
Теперь в них ходит будущий банкир (ага!)
У него совесть поменяна на папиросу,
В чертах читается "Внимание, розыск!"
И мы, как конфискат уходим с молотка.
Как дуло у виска - в 90-е откат.
Настанет пи**а за грудами баррикад.
Вспомнишь, как не сдал кассету в прокат.
И мы, как х**та в советских носках,
С красным флагом в руках - в 90-е откат.
Горбачёв сдаёт мандат. За грудами баррикад
Я вспомнил треугольный пакет молока.
Откат в 90-е, когда с карт переходят на нал;
Когда проходимец проникает в а**л незаметно.
Чтение перед овцами нового Завета.
Ну, и кто кем тут заведует?
Может, я, по-твоему, бывший мент?
На конспиративной квартире вербуют сексотов.
Имена и явки клади мне на стол;
И вот - я у неё под хвостом Магарыч закусив Миногой.
Старый вор столько карманов не трогал -
Сколько раз я делал укол мутной жижей.
Ко**ал ей на с**ьки, она говорила: "Бесстыжий!"
И с выражением лица, как на загранпаспорте.
Горит "Дом Советов", Горбачёв сдаёт свой мандат.
Когда мыло в дефиците, то пованивает м**да.
И мы, как конфискат уходим с молотка.
Как дуло у виска - в 90-е откат.
Настанет п**да за грудами баррикад.
Вспомнишь, как не сдал кассету в прокат.
В 90-е откат за грудами баррикад.
Треугольный пакет молока.
Горбачёв сдаёт мандат.
Пованивает м**да.
Белый, синий, красный, зелёный;
Кем-то другим народ разделённый.
Как там дела у тебя за стеной?
Встречаешь этот вечер классный, только не со мной.
При поддержке баррикад мы лишь зрители,
Если было б по-другому, вы б видели
Как для нас строят выборы;
Бред! Тут не так, знаем: выбора нет!
Ведь, если есть выбор - значит, есть и отсутствие,
Что изначально кощунственно. Каждый из нас это чувствует.
Сгоревшая лампа в люстре - не повод держать руку на пульсе.
И нет чьей-то росписи на каждом пункте.
Пишем не прописью: "Расплата в валюте."
Каждому по хате, и будет! Пол мульта прибавьте.
Узнать, кто эти люди...
И что мне тут не так, интересно?
Каждый из нас сделал сам своё место.
Жизнь - это подобие квеста,
Но только не чужая, если быть честным...
И мы, как х**та в советских носках,
С красным флагом в руках - в 90-е откат.
Горбачёв сдаёт мандат. За грудами баррикад
Я вспомнил треугольный пакет молока.
И мы, как конфискат уходим с молотка.
Как дуло у виска - в 90-е откат.
Настанет п**да за грудами баррикад.
Вспомнишь, как не сдал кассету в прокат.
В 90-х вместо каши мы ели трухлявую иву.
Трое зажали и Cricket'ом подожгли мою шикарную гриву.
Она нассала мне в патрули, а я д**чил на это.
Зависали на рампе Игорь Тальков и Егор Летов.
Теперь ты катаешься на скейте по вагону (безногий).
Играешь в змейку под Фараона.
Допивая слюни из двусполового баллона.
Решаешь, что жить не так уж плохо.
Она называла такой стиль жизни "Русской чернухой".
А я, держал её при себе, словно сигаретку за ухом.
Эх, дубинушка, ухнем! Ты была для меня всем, тварь -
А для ментов ты просто очередной "Глухарь".
И никто не узнает, что там за шаткой дверкой -
Может быть, рай в шалаше а может,
Ребёнка е**т за сигаретку студенты.
Бутылочка Новопассита.
Я нахожу в себе силы вам всё это простить.
Иисус, воскреся дашь нам днеся, но мой Бог - из**ащенец,
Ветхозаветный псих! Ооо! Ооо!
Иисус, воскреся дашь нам днеся, но мой Бог - извращенец,
Ветхозаветный псих! Ооо! Ооо!
В гараже закусываем "Кристалловскую" водку навагой.
Нам - долю с навара, вам - горя навалом.
Мать узнавала, не стопорили караваны.
Снова возвращаются детишки коробами.
Прощальный марш настукивали в барабаны.
Звёзды на плечы, в жевачке Malabar.
Стал солидным, костюмчик стал маловат.
А пока, рыба гниёт с головы -
Можно наесться хвостами;
Пока на счётчик не поставят,
Или не приляжешь на выложь -
Но признаки смерти не выражены,
Хоть ты весь выпотрошен.
И сняты даже поношенные чесноки -
Теперь в них ходит будущий банкир (ага!)
У него совесть поменяна на папиросу,
В чертах читается "Внимание, розыск!"
И мы, как конфискат уходим с молотка.
Как дуло у виска - в 90-е откат.
Настанет пи**а за грудами баррикад.
Вспомнишь, как не сдал кассету в прокат.
И мы, как х**та в советских носках,
С красным флагом в руках - в 90-е откат.
Горбачёв сдаёт мандат. За грудами баррикад
Я вспомнил треугольный пакет молока.
Откат в 90-е, когда с карт переходят на нал;
Когда проходимец проникает в а**л незаметно.
Чтение перед овцами нового Завета.
Ну, и кто кем тут заведует?
Может, я, по-твоему, бывший мент?
На конспиративной квартире вербуют сексотов.
Имена и явки клади мне на стол;
И вот - я у неё под хвостом Магарыч закусив Миногой.
Старый вор столько карманов не трогал -
Сколько раз я делал укол мутной жижей.
Ко**ал ей на с**ьки, она говорила: "Бесстыжий!"
И с выражением лица, как на загранпаспорте.
Горит "Дом Советов", Горбачёв сдаёт свой мандат.
Когда мыло в дефиците, то пованивает м**да.
И мы, как конфискат уходим с молотка.
Как дуло у виска - в 90-е откат.
Настанет п**да за грудами баррикад.
Вспомнишь, как не сдал кассету в прокат.
В 90-е откат за грудами баррикад.
Треугольный пакет молока.
Горбачёв сдаёт мандат.
Пованивает м**да.
Белый, синий, красный, зелёный;
Кем-то другим народ разделённый.
Как там дела у тебя за стеной?
Встречаешь этот вечер классный, только не со мной.
При поддержке баррикад мы лишь зрители,
Если было б по-другому, вы б видели
Как для нас строят выборы;
Бред! Тут не так, знаем: выбора нет!
Ведь, если есть выбор - значит, есть и отсутствие,
Что изначально кощунственно. Каждый из нас это чувствует.
Сгоревшая лампа в люстре - не повод держать руку на пульсе.
И нет чьей-то росписи на каждом пункте.
Пишем не прописью: "Расплата в валюте."
Каждому по хате, и будет! Пол мульта прибавьте.
Узнать, кто эти люди...
И что мне тут не так, интересно?
Каждый из нас сделал сам своё место.
Жизнь - это подобие квеста,
Но только не чужая, если быть честным...
И мы, как х**та в советских носках,
С красным флагом в руках - в 90-е откат.
Горбачёв сдаёт мандат. За грудами баррикад
Я вспомнил треугольный пакет молока.
И мы, как конфискат уходим с молотка.
Как дуло у виска - в 90-е откат.
Настанет п**да за грудами баррикад.
Вспомнишь, как не сдал кассету в прокат.
В 90-х вместо каши мы ели трухлявую иву.
Трое зажали и Cricket'ом подожгли мою шикарную гриву.
Она нассала мне в патрули, а я д**чил на это.
Зависали на рампе Игорь Тальков и Егор Летов.
Теперь ты катаешься на скейте по вагону (безногий).
Играешь в змейку под Фараона.
Допивая слюни из двусполового баллона.
Решаешь, что жить не так уж плохо.
Она называла такой стиль жизни "Русской чернухой".
А я, держал её при себе, словно сигаретку за ухом.
Эх, дубинушка, ухнем! Ты была для меня всем, тварь -
А для ментов ты просто очередной "Глухарь".
И никто не узнает, что там за шаткой дверкой -
Может быть, рай в шалаше а может,
Ребёнка е**т за сигаретку студенты.
Бутылочка Новопассита.
Я нахожу в себе силы вам всё это простить.
Иисус, воскреся дашь нам днеся, но мой Бог - из**ащенец,
Ветхозаветный псих! Ооо! Ооо!
Иисус, воскреся дашь нам днеся, но мой Бог - извращенец,
Ветхозаветный псих! Ооо! Ооо!
And again, you're being robbed on the advice of your matchmakers.
In the garage, we're snacking on Kristallovskaya vodka and navaga.
We get a share of the profit, you get a ton of grief.
Mother found out, the caravans weren't stopped.
The kids are returning again, in boxes.
The drums beat out a farewell march.
Stars on their shoulders, in Malabar gum.
You've become respectable, your suit has become too small.
And for now, the fish rots from the head down -
You can eat your fill of the tails;
Until they put you on the meter,
Or you lie down on the table -
But the signs of death are not evident,
Even though you're completely gutted.
And even the worn-out garlics have been removed -
Now a future banker (yeah!) wears them.
His conscience has been traded for a cigarette,
"Wanted!" is written on his features.
And we, like confiscated goods, are auctioned off.
Like a gun to the temple - a rollback to the 90s.
The f**k will come behind the piles of barricades.
Remember how you didn't rent out the tape.
And we, like a dick in Soviet socks,
With a red flag in hand - a rollback to the 90s.
Gorbachev is relinquishing his mandate. Behind the piles of barricades,
I remembered a triangular carton of milk.
A rollback to the 90s, when cards are switched to cash;
When a scoundrel sneaks into the a**l unnoticed.
Reading the New Testament to the sheep.
So, who's in charge of whom here?
Maybe you think I'm a former cop?
They're recruiting informants at a safe house.
Put the names and addresses on my desk;
And there I am, under her tail, Magarych, having a snack on Lamprey.
The old thief hasn't touched so many pockets -
How many times have I injected myself with murky liquid.
I shagged her, and she said, "Shameless!"
And with an expression like on a passport.
The House of Soviets is burning, Gorbachev is giving up his mandate.
When soap is in short supply, it stinks of ass.
And we, like confiscated goods, are auctioned off.
Like a gun to the temple - a rollback to the 90s.
There will be cuntry behind the piles of barricades.
Remember how you didn't rent a tape.
In the 90s, a rollback behind piles of barricades.
A triangular carton of milk.
Gorbachev relinquishes his mandate.
The stench of assholery reeks.
White, blue, red, green;
A people divided by someone else.
How are things going behind your wall?
You're celebrating this wonderful evening, just not with me.
With the support of the barricades, we're just spectators,
If it were different, you'd see
How elections are being rigged for us;
Nonsense! This isn't the case, we know: there's no choice!
After all, if there's a choice, there's also a lack,
Which is inherently blasphemous. Each of us feels it.
A burned-out bulb in the chandelier is no reason to keep your finger on the pulse.
And there's no one's signature on every checkpoint.
We don't write it in cursive: "Payment in foreign currency."
A house for each, and that's it! Add half a cartoon.
Find out who these people are...
And what's wrong with me here, I wonder?
Each of us has made our own place.
Life is like a quest,
But not someone else's, to be honest...
And we, like dick in Soviet socks,
With a red flag in our hands – a rollback to the 90s.
Gorbachev relinquishes his mandate. Behind the piles of barricades
I remembered the triangular carton of milk.
And we, like confiscated property, are auctioned off.
Like a gun to our temple – a rollback to the 90s.
The crap will come behind the piles of barricades.
Remember how you didn't return the tape to the rental shop.
In the 90s, instead of porridge, we ate rotten willow.
Three of us pinned down and set my luxurious mane on fire with Cricket. She pissed me on patrol, and I gave a damn about it.
Igor Talkov and Yegor Letov were hanging out on the ramp.
Now you're skateboarding around the train car (legless).
Playing snake to Pharaoh.
Finishing off the drool from a double-gendered can.
You decide life isn't so bad.
She called this lifestyle "Russian smut."
And I kept her close to me, like a cigarette behind my ear.
Oh, you blockhead, let's go! You were everything to me, you bitch -
And to the cops, you're just another "Capercaillie."
And no one will know what's behind that rickety door -
Maybe it's paradise in a hut, or maybe,
Students are fucking a kid for a cigarette.
A bottle of Novo-Passit.
I find the strength to forgive you for all this.
Jesus, You will rise again today, but my God is a freak,
An Old Testament psycho! Ooh! Ooh!
Jesus, You will rise again today, but my God is a pervert,
An Old Testament psycho! Ooh! Ooh!
In the garage, we're snacking on Kristallovskaya vodka and navaga.
We get a share of the profit, you get a ton of grief.
Mother found out, the caravans weren't stopped.
The kids are returning again, in boxes.
The drums beat out a farewell march.
Stars on their shoulders, in Malabar gum.
You've become respectable, your suit has become too small.
And for now, the fish rots from the head down -
You can eat your fill of the tails;
Until they put you on the meter,
Or you lie down on the table -
But the signs of death are not evident,
Even though you're completely gutted.
And even the worn-out garlics have been removed -
Now a future banker (yeah!) wears them.
His conscience has been traded for a cigarette,
"Wanted!" is written on his features.
And we, like confiscated goods, are auctioned off.
Like a gun to the temple - a rollback to the 90s.
The f**k will come behind the piles of barricades.
Remember how you didn't rent out the tape.
And we, like a dick in Soviet socks,
With a red flag in hand - a rollback to the 90s.
Gorbachev is relinquishing his mandate. Behind the piles of barricades,
I remembered a triangular carton of milk.
A rollback to the 90s, when cards are switched to cash;
When a scoundrel sneaks into the a**l unnoticed.
Reading the New Testament to the sheep.
So, who's in charge of whom here?
Maybe you think I'm a former cop?
They're recruiting informants at a safe house.
Put the names and addresses on my desk;
And there I am, under her tail, Magarych, having a snack on Lamprey.
The old thief hasn't touched so many pockets -
How many times have I injected myself with murky liquid.
I shagged her, and she said, "Shameless!"
And with an expression like on a passport.
The House of Soviets is burning, Gorbachev is giving up his mandate.
When soap is in short supply, it stinks of ass.
And we, like confiscated goods, are auctioned off.
Like a gun to the temple - a rollback to the 90s.
There will be cuntry behind the piles of barricades.
Remember how you didn't rent a tape.
In the 90s, a rollback behind piles of barricades.
A triangular carton of milk.
Gorbachev relinquishes his mandate.
The stench of assholery reeks.
White, blue, red, green;
A people divided by someone else.
How are things going behind your wall?
You're celebrating this wonderful evening, just not with me.
With the support of the barricades, we're just spectators,
If it were different, you'd see
How elections are being rigged for us;
Nonsense! This isn't the case, we know: there's no choice!
After all, if there's a choice, there's also a lack,
Which is inherently blasphemous. Each of us feels it.
A burned-out bulb in the chandelier is no reason to keep your finger on the pulse.
And there's no one's signature on every checkpoint.
We don't write it in cursive: "Payment in foreign currency."
A house for each, and that's it! Add half a cartoon.
Find out who these people are...
And what's wrong with me here, I wonder?
Each of us has made our own place.
Life is like a quest,
But not someone else's, to be honest...
And we, like dick in Soviet socks,
With a red flag in our hands – a rollback to the 90s.
Gorbachev relinquishes his mandate. Behind the piles of barricades
I remembered the triangular carton of milk.
And we, like confiscated property, are auctioned off.
Like a gun to our temple – a rollback to the 90s.
The crap will come behind the piles of barricades.
Remember how you didn't return the tape to the rental shop.
In the 90s, instead of porridge, we ate rotten willow.
Three of us pinned down and set my luxurious mane on fire with Cricket. She pissed me on patrol, and I gave a damn about it.
Igor Talkov and Yegor Letov were hanging out on the ramp.
Now you're skateboarding around the train car (legless).
Playing snake to Pharaoh.
Finishing off the drool from a double-gendered can.
You decide life isn't so bad.
She called this lifestyle "Russian smut."
And I kept her close to me, like a cigarette behind my ear.
Oh, you blockhead, let's go! You were everything to me, you bitch -
And to the cops, you're just another "Capercaillie."
And no one will know what's behind that rickety door -
Maybe it's paradise in a hut, or maybe,
Students are fucking a kid for a cigarette.
A bottle of Novo-Passit.
I find the strength to forgive you for all this.
Jesus, You will rise again today, but my God is a freak,
An Old Testament psycho! Ooh! Ooh!
Jesus, You will rise again today, but my God is a pervert,
An Old Testament psycho! Ooh! Ooh!