Augie March - This Ought to Do It
текст песни
2
0 человек. считает текст песни верным
0 человек считают текст песни неверным
Augie March - This Ought to Do It - оригинальный текст песни, перевод, видео
- Текст
- Перевод
O how will I ever pay my cemetery bills?
I wondered as I rode along the Tempelhof grills
Beneath the vampire sun behind the pork smoke for days
Through the fields of the dead dressed in tropical glaze
The air did whistle, atrocities dropped,
Dripping bone bracket city
with a hip static gristle pop pop pop pop
All the cities of the old world belch their mourning breath
And whisper to the firmament ‘O let us have our death’
All the years of being trod upon, the shit we have to eat,
Let the vines be the drapes and draw on every street
A play of summer lightning from on Letka Park
Inside a Prussian blue front casting Prague into dark,
Illuminates a church with all monkeys rolling through it,
This late stage gibbering menace ought to do it…
To do it, to do it, This ought to do it…
In a little emerald room inside a goodly ochre house
Where he writes like a lion and sings like a mouse,
On a little uptight island by a large unhappy island
All his efforts bend to flying to the old ghost world
For here in the antipodes they say it’s in your head
When you’re supposed to feel lucky but you mostly feel dead.
How fast my last European fever flew,
I’d like to walk you all through it, but I guess this ought to do it…
To do it, to do it, This ought to do it…
I wondered as I rode along the Tempelhof grills
Beneath the vampire sun behind the pork smoke for days
Through the fields of the dead dressed in tropical glaze
The air did whistle, atrocities dropped,
Dripping bone bracket city
with a hip static gristle pop pop pop pop
All the cities of the old world belch their mourning breath
And whisper to the firmament ‘O let us have our death’
All the years of being trod upon, the shit we have to eat,
Let the vines be the drapes and draw on every street
A play of summer lightning from on Letka Park
Inside a Prussian blue front casting Prague into dark,
Illuminates a church with all monkeys rolling through it,
This late stage gibbering menace ought to do it…
To do it, to do it, This ought to do it…
In a little emerald room inside a goodly ochre house
Where he writes like a lion and sings like a mouse,
On a little uptight island by a large unhappy island
All his efforts bend to flying to the old ghost world
For here in the antipodes they say it’s in your head
When you’re supposed to feel lucky but you mostly feel dead.
How fast my last European fever flew,
I’d like to walk you all through it, but I guess this ought to do it…
To do it, to do it, This ought to do it…
О, как же мне оплатить счета за место на кладбище?
— гадал я, проезжая мимо оград Темпельхофа,
Под солнцем-вампиром, сквозь дым жареной свинины — день за днём,
Через поля мёртвых, покрытые тропической глазурью.
Ветер свистел, с небес сыпались зверства,
Город — остов из костей — истекал влагой,
И в этом хрусте костей слышалось ритмичное: «поп-поп-поп-поп»!
Все города Старого Света изрыгают своё скорбное дыхание
И шепчут небесам: «О, даруй же нам смерть!»
Все эти годы, когда нас топтали, всё то дерьмо, что нам приходилось глотать...
Пусть же виноградные лозы станут занавесом, что опускается над каждой улицей.
Игра летних зарниц над Летенскими садами —
На фоне прусской синевы, что погружает Прагу во мрак, —
Освещает церковь, где, кувыркаясь, беснуются обезьяны;
Эта поздняя, бредовая угроза — вот что должно всё решить...
Решить, решить — вот что должно всё решить...
В маленькой изумрудной комнате, в добротном доме цвета охры,
Где он пишет, словно лев, а поёт, словно мышь;
На маленьком, скованном острове, рядом с большим, несчастным островом —
Все его помыслы устремлены к полёту в старый, призрачный мир.
Ибо здесь, в антиподах, говорят: «Всё это — лишь у тебя в голове»,
Когда ты вроде бы должен чувствовать себя счастливчиком, а чувствуешь себя, по большей части, мертвецом.
Как же быстро пролетела моя последняя «европейская лихорадка»!
Я хотел бы провести вас всех через неё, но, полагаю, и этого будет достаточно...
Достаточно, достаточно — полагаю, и этого будет достаточно...
— гадал я, проезжая мимо оград Темпельхофа,
Под солнцем-вампиром, сквозь дым жареной свинины — день за днём,
Через поля мёртвых, покрытые тропической глазурью.
Ветер свистел, с небес сыпались зверства,
Город — остов из костей — истекал влагой,
И в этом хрусте костей слышалось ритмичное: «поп-поп-поп-поп»!
Все города Старого Света изрыгают своё скорбное дыхание
И шепчут небесам: «О, даруй же нам смерть!»
Все эти годы, когда нас топтали, всё то дерьмо, что нам приходилось глотать...
Пусть же виноградные лозы станут занавесом, что опускается над каждой улицей.
Игра летних зарниц над Летенскими садами —
На фоне прусской синевы, что погружает Прагу во мрак, —
Освещает церковь, где, кувыркаясь, беснуются обезьяны;
Эта поздняя, бредовая угроза — вот что должно всё решить...
Решить, решить — вот что должно всё решить...
В маленькой изумрудной комнате, в добротном доме цвета охры,
Где он пишет, словно лев, а поёт, словно мышь;
На маленьком, скованном острове, рядом с большим, несчастным островом —
Все его помыслы устремлены к полёту в старый, призрачный мир.
Ибо здесь, в антиподах, говорят: «Всё это — лишь у тебя в голове»,
Когда ты вроде бы должен чувствовать себя счастливчиком, а чувствуешь себя, по большей части, мертвецом.
Как же быстро пролетела моя последняя «европейская лихорадка»!
Я хотел бы провести вас всех через неё, но, полагаю, и этого будет достаточно...
Достаточно, достаточно — полагаю, и этого будет достаточно...
Другие песни исполнителя: